Текст из видео "MFCoin — виртуальная валюта нового над-государства Freeland"



  • Расшифровка первого видео по Фриланд

    На вопросы отвечают: Павел Черкашин (финансовый ментор проекта), Павел Мунтян (идейный вдохновитель Фримана), Сергей Барвенко (технический директор), Вадим Демчог (голос Фримана).

    Ведущий: Евгений Романенко.

    Подробнее о команде Freeland.

    П.Ч.: Государство исторически тысячелетиями несло только две ключевые функции: оно защищало своих граждан от недружелюбных действий других государств и оно обеспечивало честный обмен (ну или насколько это возможно "честный") ценностями между участниками этого сообщества.

    Е.Р.: Вы предлагаете создать ещё одно государство, пусть даже виртуальное. Зачем? Ведь на земном шаре их итак уже две сотни.

    В.Д.: Ну, это роли не играет. Сколько их сейчас? Ну давайте подумаем. Государство - это сервис, нужно просто это понять.

    С.Б. С таким же успехом можно спросить: а зачем ещё одна IT-компания, если их итак уже десятки тысяч? Ещё один телеканал, коих тысячи. Ещё один магазин, которых вообще миллионы по всему миру.

    П.М.: Государство будущего - это сервисная компания, которая бьется за своих пользователей.

    В.Д.: Мир очень скоро придет к этой модели. А Freeland - это платформа для построения виртуальных государств. При этом само слово "государство" или "страна" - оно уже является архаизмом.

    С.Б.: Потому что те территориальные ограничения, которые создаёт сегодняшняя государственная модель - эти рамки устарели.

    П.М.: Мир стал маленький, и все, кто живёт за пределами закрытых стран, постоянно передвигаются, постоянно перемещаются, переезжают, путешествуют. Границы между большими государствами есть только на картах, но по факту мир давным давно не расчерчен заборами с охраной, и переходя, допустим, пешком из Франции в Бельгию, вы никогда не найдете никаких пограничных столбов или постов.

    Е.Р.: Вы утверждаете, что государство - это сервис. Возникает вопрос: Сервис чего именно, каких услуг?

    П.Ч.: В современном обществе, если тебе не нравятся услуги своего государства, ты эмигрируешь в другую страну, в которой эти условия лучше. Соответственно, государства начинают конкурировать между собой точно так же, как коммерческие компании конкурируют за право обслуживать своих граждан и получать с них налоги.

    В.Д.: Ну, давайте вместе подумаем. Какие услуги сейчас оказывает государство? Ну?

    П.М. Ведение кадастрового реестра, выдача придуманных им же документов, регистрация браков, рождений, смертей, уборка двора, строительство дорог, сбор налогов, предоставление социального обеспечения...

    С.Б.: ... все эти функции - это взаимоотношения двух субъектов между собой в разных комбинациях: человек/компания/государство. Их проще регулировать при помощи смарт-контрактов, убрав оттуда госрегулирование. Это будет выгоднее всем.

    В.Д.: Даже армия - это уже давным давно коммерческий сервис. По большому счёту это отношения двух субъектов: государства и компании, предоставляющей услуги в виде военных формирований специального назначения. Нет ни одной услуги, которую предоставляло бы государство, и которую нельзя вписать в эту структуру.

    П.М.: Другой момент, что её прозрачность и открытость пугает тех, кто привык работать в теневом режиме, а это на 99 процентов люди и компании, представляющие современные государства. Вот они - это как раз те, кто будет бороться с понятием "Freeland".

    Е.Р.: Кстати, а разве услуги, которые оказывает государство, не может оказать какой-нибудь частный поставщик?

    С.Б.: Может конечно. Об этом и речь. Государство будущего - объединение этих поставщиков под крылом одного большого бренда.

    В. Д.: Патриотизм - это просто лояльность этому бренду.

    П.М.: Сегодня всё то же самое, ничем не отличается, просто называется другими словами, - использует самые устаревшие вычислительные мощности: человеческие ресурсы. Из-за чего и возникает коррупционная составляющая, которая опирается на человеческий фактор.

    С.Б.: Монополист этих услуг сейчас - государство - реально боится, что у него эти услуги заберут. Поэтому возникает закономерный вопрос: а зачем оно нам вообще? Какой от него прок? Какая польза?

    Е.Р.: Хорошо. Если услуги может оказывать и государство и частные поставщики, между ними неизбежно должна будет возникнуть конкуренция, ведь монополии на услуги Фрилэнда вы, как я вижу, нигде не предусмотрели.

    П.М.: Давайте ещё раз проговорим. Фрилэнд - это платформа в первую очередь. Мы делаем структуру, механизм, плацдарм, основание, фундамент, - а на него уже будет нанизывать отдельно узкие решения.

    В.Д.: Сейчас говорить, кто с кем будет конкурировать - это глупость. Если мы сможем создать эффективные инструменты для обслуживания тех или иных областей человеческого социального взаимодействия - значит, мы начнём их внедрять.

    С.Б.:: В итоге частные поставщики просто сами сметут все эти нелепые понятия госуслуг. Потому что для того, чтобы записаться к врачу или получить права, или зарегистрировать компанию, записать ребенка в детский сад - для этого всего не нужно государство.

    В.Д.: Оно придумало, что оно нужно, чтобы доказать свою необходимость, но глобально это чистой воды профанация. Всё.

    Е.Р.: Кстати, если очевидно, что государство либо не должно заниматься оказанием услуг, либо неизбежно проиграет конкуренцию частным поставщикам, - в чём смысл сохранения его атрибутов, символов, к которым мы привыкли?

    В.Д.: Нет... Смысла никого нет. Я уже давно говорю, что атрибуты государства - это атавизмы. Гимн сегодня важен? Много ли людей помнят, что в Еврозоне у каждой страны изначально была своя валюта: лиры, франки, марки, драхмы?

    П.М.: Переходя границу между Францией и Бельгией, как я уже говорил, вы не понимаете, где она пролегает, если только не посмотрите на электронную карту, которая у вас с собой или на компьютере.

    С.Б.: А что с флагами? Флаги объединений типа Евросоюза или штата все помнят и знают, а вот откуда они взялись и их составляющие - уже нет.

    В.Д.: Последнее, за что вцепился институт государства - это судебная система, но и здесь есть решение. По логике вещей разложить Римское право, которым мы пользуемся, на бинарные составляющие да/нет - более чем реально. Скормить нейронной сети сотни тысяч судебных дел для каждого отдельного региона, страны, штата, района, субъекта федерации и пр., за последние, скажем, сто-сто пятьдесят лет - не такая колоссальная проблема.

    С.Б.: В итоге мы получим систему, процент ошибки которой в судебных решениях будет многократно меньше, чем сейчас. При этом не будет человеческого фактора, коррупционной составляющей.

    Е.Р.: Многие, кто привык к монополии на государственные услуги, нас не поймут. Давайте ещё раз поясним, почему монополия на что угодно - это зло, а конкуренция - в чём бы она ни проявлялась - это благо.

    П.М.: Везде, где есть открытая конкуренция, всегда растёт качество. Так не происходит только в тех областях, куда государственные структуры всовывают свои скользкие жирные пальцы. Вот посмотрите вокруг. Даже в Москве, где прижали уже весь малый и средний бизнес, конкуренция привела к тому, что оказываемые услуги в сотни раз выше по качеству, чем то, что могли предложить бизнесмены девяностых годов, например.

    С.Б.: Причина очень простая: возможность хоть как-то конкурировать. Если бы конкуренция не имела бы регулирования со стороны архаичных госмоделей, человечество бы давно ушло вперёд.

    В.Д.: Нет, бесспорно, пятьсот лет назад государство двигало человечество, но сегодня оно уже выполнило свою функцию. Всё, времена прошли. Теперь новые модели - и это нормально.

    Е.Р.: Если суть государства - это сервис, в чём смысл принадлежности к нему в виде гражданства? Как можно быть гражданином какого-то сервиса?

    П.Ч.: Уже сейчас, пользуясь услугами той или иной компании, мы выступаем фактически её гражданами. Являясь лояльными пользователями бренда, покупая этот бренд, показывая его другим, хваля его своим друзьям - мы являемся гражданами этого бренда. Границы между тем, как ты хвалишь свою родину, и как ты хвалишь телефон, который ты используешь ежедневно, постепенно стираются.

    С.Б.: Всё очень логично. Вы лояльны к тому или иному бренду. Этот бренд готов предложить вам качественные услуги, а вы ему за это готовы платить. Если он перестал вас устраивать, вы обратитесь к другому бренду. То есть государство будущего - это сервисная компания, которая борется на рынке за своего клиента.

    В.Д.: Чем больше и эффективнее государство - тем больше спектр услуг, внутри у него больше конкурирующих компаний. Есть возможность выбора и оценки. Гражданство - это лишь форма доказательства своей лояльности, и не более того.

    П.М.: Просто сами слова должны измениться: "государство", "гражданство", "страна", "Родина", "патриот"... Им на смену придут некие новые, ёмкие, но сегодня просто нет таких слов, нет как явления. Нельзя быть гражданином сервиса, но можно быть гражданином государства. А можно быть лояльным бренду, а по сути это одно и то же.

    Е.Р.: Зачем нужна внутренняя валюта Фрилэнда, если любые частные деньги, конкурирующие на рынке за то, чтобы потребители ими пользовались, могут обеспечивать обмен товаров и услуг?

    П.М.: Представьте себе госкорпорацию: у неё есть кафе, есть внутренние сервисные службы, коммерческие компании, предоставляющие услуги в области уборки, доставки, кейтеринга, обслуживания лифтов - и так далее. Внутренние транзакции происходят в фиатных деньгах. И эти инструменты - это инструменты по отмыву бабла и только.

    В.Д.: Если они все обслуживаются внутренней валютой и сами операции регулируются смарт-контрактами, то это исключит что? Правильно, воровство. Вообще валюты и деньги - это по большому счёту должен быть конкурирующий товар. Как огурцы, смартфоны, пицца, зерно и т.д. По мере того, как на рынке будет много, то есть очень много различных валют, выделятся наиболее устойчивые, наиболее эффективные и наиболее предсказуемые. Люди будут оперировать ими. А играть и спекулировать - на более скачущих туда-сюда.

    С.Б.: Обыкновенный нормальный рынок, но - децентрализованный. Смысл госрегулирования в таких моделях теряется полностью.

    П.Ч.: Если Фрилэнд сможет создать значительную добавленную стоимость, то это создаст потребность в валюте, которая является универсальным средством выражения этой ценности.

    Е.Р.: Фраза из White Paper "...если обращение валют не наносит ущерба гражданам Фрилэнда" вызывает подозрения в попытке таки навязать монополию на деньги. Что она означает? Разве пользователь не в состоянии сам определить, наносит ли ему использование той или иной валюты ущерб и отказаться от нее?

    П.Ч.: Валюта нужна любому государству как универсальное средство обмена ценностями внутри и для импортно-экспортных операций. Эта валюта тем ценнее, чем ценнее товарооборот и ценность, созданная внутри государства.

    С.Б.: Любые валюты, имеющие аппаратное регулирование и контроль - это потенциальная опасность для граждан Фрилэнда.

    В.Д.: Мы не планируем делать имплементацию в оборот, например, PayPal системы или любой другой фиатной монеты, потому что это псевдосотрудничество будет наносить идеологический, структурный, а потом и репутационный урон виртуальному государству, построенному на децентрализации.

    П.М.: Каждый в праве выбирать, какими инструментами пользоваться, но мы не будем официально поддерживать никаких фиатных денег с госрегулируемыми центральными банками.

    Е.Р.: Вы упоминаете общественный договор. Известно, что это теоретическая абстракция, которая нигде, кроме головы Руссо, никогда не существовала. Никто никогда такой документ не подписывал. Поясните, что имеется в виду?

    В.Д.: Общественный договор в данном контексте - это скорее удобная и правильная форма слова. Я объясню на примере...

    П.М.: Если ты гражданин, ты обязан голосовать. Если ты не хочешь голосовать, потому что это отнимает твоё время и так далее - то, ты можешь передать это право тому, кто будет тебя представлять. Сделать это бесплатно нельзя, потому что это услуга. Ты платишь голосующему за тебя через систему смарт-контрактов, и это публичная сделка.

    В.Д.: Фактически ты покупаешь своё время. Таким образом человек продаёт тебе своё время, которое он будет тратить на исследование вопроса голосования, а также на сам процесс голосования. Таким образом ты наделяешь некоего представителя дополнительной властью представлять вас обоих.

    С.Б.: Теперь вспоминаем, что есть общественный договор. Это частичный отказ граждан суверенных прав в пользу государства, чтобы обеспечить свои интересы через его посредство. Вот и всё. Это простая открытая сделка одного субъекта с другим.

    В.Д.: А теперь давайте представим, что передача происходит не какому-то конкретному человеку, а, например, стартапу, который делает нейросеть, принимающую максимально эффективное решение в пользу человека и его деятельности. Вы отдаёте своё право голосовать не какому-то человеку, а этому стартапу и его разработке.

    С.Б.: По сути всё то же самое: один субъект и другой субъект взаимодействуют друг с другом, публично договариваясь. Человек отдал компании часть своих гражданских обязанностей, оплатив эту услугу.

    Е.Р.: Расскажите, что даёт гражданство Freeland, что даёт оно мне?

    В.Д.: Окей. Во-первых, создание и использование финансовых инструментов и продуктов с принципиально новыми характеристиками в максимально комфортной и легитимной юрисдикции. Плюс - использование всех информационных благ Фриланда, включая инструменты по работе со смарт-контрактами.

    П.М.: Во-вторых, участие в создании новой комфортной юрисдикции для своего потенциально имеющегося бизнеса и формирования государственной финансовой модели с правом принятия решения в органах финансового регулирования.

    В.Д.: В-третьих, это участие в освоении новой рыночной ниши на территории нового государственного образования, не прибегая к коррупционным и иным схемам, противоречащим этике и здравому смыслу.

    П.М.: Ну а самое главное - конечно же это возможность оказаться у истоков большого социального эксперимента, который раньше был просто невозможен. Это формирование надгосударственных моделей, наблюдение за всеми процессами изнутри и получение поистине уникального опыта, и получить его смогут исключительно те, кто пойдет вместе с нами.

    Е.Р.: Какие такие вещи даёт Фрилэнд его гражданам, которые они не могли бы создать за счет добровольного взаимовыгодного p2p взаимодействия?

    С.Б.: Новый инструментарий. Обсуждать можно сколько угодно, но создание рабочих инструментов, обслуживающих именно эту сферу человеческой активности, - это то, что даёт Фрилэнд.

    В.Д.: Можно долго обсуждать децентрализованную финансовую модель, а можно просто сделать биткоин. Когда нет человека или группы людей, которые берут на себя функции пассионариев и моторов, тогда ничего не происходит. В данном конкретном случае мы берём на себя эту функцию.

    П.М.: И если мы сможем начать глобальные общественные изменения, значит мы уже выполнили свою функцию.

    Е.Р.: Так или иначе, мы по-прежнему упираемся в понятие гражданства. В данном случае - Фрилэнда. Правильно ли это? Не является ли альтернативой любому гражданству его отсутствие, а не попытка его сохранения путём виртуализации?

    В.Д.: Гражданство Фрилэнда - это свобода решений, свобода выбора, свобода формата социального взаимодействия. Мы не предлагаем получить паспорт Фрилэнда и отказаться от своего территориального гражданства. Здесь просто нет конфликта интересов. Фриланд - это надгосударство.

    П.М.: Мы не стремимся у кого-либо что-либо отнять, включая право выбора в пользу себя. Фрилэнд - это концепция, это набор инструментов, механизм изменения социального поведения, большой и серьёзный эксперимент...

    С.Б.: ...игра в утопию с потенциальной возможностью её дальнейшей реализации.

    П.Ч.: И это означает, что гражданство как таковое превращается в - может быть, я утрирую - программу лояльности. Мы становимся лояльны тому или иному бренду, той или иной организации, той или иной религии, тому или иному общественному устройству. И в этом суть будущего гражданства, когда человек может самостоятельно выбирать, чему он хочет проявлять свою лояльность и как он хочет проявлять свою лояльность. Если он готов играть по правилам этого общества, платить налоги и выражать каким-то иным способом вклад в это общество - то это и является гражданством.

    Е.Р.: Вы утверждаете, что Фрилэнд экстерриториален. В каком случае может наступить необходимость его территориальности, что прямо указано в White Paper?

    В.Д.: Ну, возможно понадобится штаб-квартира, чтобы граждане Фриланда могли встречаться и общаться вживую. Проще сразу это объявить, чтобы потом факт такой базы не стал темой для провокаций.

    С.Б.: Мы позволяем себе не исключить возможность минимальных территориальных привязок. По сути, любая штаб квартира будет находиться в той или иной юрисдикции, поэтому логично, что она будет временной.

    П.М.: Государство Фрилэнд находится там, где находятся ноги его граждан. Мы должны блюсти их интересы, а не интересы разметок на карте. Как говорит Фримэн, дорога возникает под шагами идущего.

    Е.Р.: Блокчейн и государство - вещи несовместимые, но сосуществующие. Не является ли Фрилэнд, который государство, в этом смысле оксюмороном, ибо использует блокчейн?

    П.М.: Государство Фрилэнд - это не есть государство в привычном понимании. То есть это точно такое же государство, как и все ныне существующие, признанные и непризнанные, но оно организуется на совсем недавно открытой территории: в информационном пространстве.

    В.Д.: Нет никаких логических оснований отрицать, что эта территория существует. Нет никаких логических оснований отрицать, что социальные и экономические взаимодействия между людьми технически могут быть выстроены в нём по иным правилам, нежели когда бы то ни было ранее. По факту это параллельная Вселенная. А следовательно, это даже не может быть оксюмороном: ведь нет никаких пересечений, кроме набора слов.

    Е.Р.: Одной из целей проекта, как сказано, является продемонстрировать всему мировому сообществу, что механизмы государственного устройства устарели, а общество способно эффективно функционировать и вне данных институтов. И для этого предполагается воспроизвести новый механизм государственного устройства. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но не противоречие ли это?

    С.Б.: К сожалению, слово государство в нашем понимании себя сильно дискредитировало. Но использовать сейчас другое слово рано, потому что будет очень сложно донести смысл.

    П.Ч.: Смоделировать среду, в которой будет справедливое распределение ценностей и в которой будет использоваться единый доверенный всем сторонам механизм обмена этой ценностью, и при этом обеспечить безопасный режим взаимодействия, пусть даже виртуального, - вот главная цель этого эксперимента.

    П.М.: Слишком большая и сложная тема, чтобы сейчас делать из неё некое наукообразие, которое будет только отталкивать тех, кто готов участвовать и заниматься этим вопросом. Потому что излишняя терминология вызывает у человека желание дистанцироваться.

    В.Д.: Мы действительно вынуждены говорить государство, но я надеюсь, что со временем именно слово Фрилэнд будет обозначать то, что мы делаем: действующую виртуальную самоорганизующуюся модель в информационном поле, обслуживающую социальные и экономические взаимоотношения между людьми. Слишком много букв (смеется)... Давайте упростим. Давайте просто примем это понятие - "виртуальное государство".



    Если Вам была полезна эта расшифровка, Вы можете отблагодарить автора, переслав MFCoin на кошелек MYS8yVuAH5VGyi27GU11oS45gDB2dif1Qc


 

Looks like your connection to MFCoin & Freeland Forum was lost, please wait while we try to reconnect.